kalamaki

Tue, 18 Apr 2006 03:15:04 GMT

Ну вот я переселилась сюда. Притащила с собой из скарба только дуршлаг до верху набитый лапшой снятой с собственных ушей,дабы разобрать. Прихватила собственную жилетку- поплакать, от мертвого осла уши - раз уж вручили, ну и невинное зeркало, на которое столько пеняла: что-ж, пришла пора понять насколько крива собственная рожа...
Копание в себе, собственной грязи - зрелище не особо эстетичное. Так что, господа хорошие, не говорите потом, что я вас не предупреждала.

hi!

Wed, 07 Dec 2005 03:28:07 GMT

Так,я потеряла пароль и только нынче нашла. Привет журнал, позволь пыль с тебя сдунуть: "Ф-ф-фу" Ну вот, теперь и открыть можно!
Итак, новость: Я завела второй семейный журнал под ником Zarutina. Там я буду рассказывать о достиженийах своей дочки, ну и других членов моей семьи. Так что, как говорится, уелком, дорогие мои!
Новость вторая: возобновляю марать страницы ЖЖ и топтать клавиатуру.
Новость третья: оказывается, ЖЖ это заразно! :-)

А потом настало утро...

Fri, 05 Nov 2004 22:34:40 GMT

... А потом настало утро. То самое первое утро, когда я поняла, что нам не быть вместе. В моей голове проплывали образы из нашего прошлого, фрагменты, словно кадры кое-как склеенной пленки. Вот синие лепестки анемонов,подаренных тобой в первый день нашего знакомства...лепестки разлетаются по ветру, преврашаясь в испанское небо. Мы плывем на маленькой яхте, целуемся, я поднимаю глаза, мое счастье так безмерно, хочется взмыть ввысь, нежиться в твоих обьятьях, любить тебя среди облаков...они такие нежные легкие и прозрачные, как тонкая кисея, укрываюшая от чужих глаз наше ложе в просторной спальне старинной каталонской гостиницы. Наши безумные ночи, пряный дурманяший запах твоего жаркого тела- запах солнца, моря, немыслимых тропическох трав, пламя свечей множится в зеркалах, наши сплетенные в неистовом танце страсти нагие тела, обжигаюшие поцелуи, мои распахнутые бедра...я выгибаюсьот боли и наслаждения, твой стон...Капли крови падают на белый мрамор ванной...теплая вода...ты укутываешь меня в пушистый халат...мне так хорошо с тобой!
...Кофе с молоком в маленькой фарфоровой чашечке с позолоченными ангелочками, мокрый снег, рабочий стол, заваленный горами зеленых кожаных папок, букет орхидей, доставленный мальчиком-рассыльным, тиканье часов в пустой комнате, клетчатый плед, монотонно вещающий диктор телевидения ...
...сверкаюший стеклом и улыбками молоденьких продавщиц меховой салон, румянец заливает мое лицо, нежное касание пушистого воротника легкой норковой шубки, я кружусь в этом роскошном одеянии, а ты любуешься мной. Новогодние елки, Рождество в деревянном домике в горах, пузырьки шампанского, тосты за нас с тобой, пение друзей под гитару, мы стоим у окна вдвоем, "Будь со мной всегда"-говоришь ты. А снег все падает, падает, превращаясь в листы оффисной бумаги, на которых я набрасываю эскизы своего свадебного платья...на моем столе красочные глянцевые каталоги белья, образцы пригласительных открыток...Девичник, расспросы подруг, мои смушенные улыбки...
Звонок телефона, ты приглашаешь меня на выходные в Литву к своему другу, женской голос в трубке...
-Милый, кто это был?- , в тревоге спрашиваю я
-Это? Это - моя жена...

Fri, 05 Nov 2004 04:33:52 GMT

Дело было где-то в 86-87 году. Нам с Юлей Рыкуниной было по 10 лет и были мы послушными и исполнительными девочками. Юлин отец был Сириец. Он работал в какой то международной новостной программе, бойко говорил по русски, был отличным кулинаром и души не чаял в своей красавице дочке.Мама Юли была домохозяйкой, жили они довольно обеспеченно и ясное дело, что их ребенок был далек от ведения домашних дел.
Я же с трех лет делала вид что учусь играть на пианино, петь в хоре, рисовать в изостудии,играть детские роли в Театре на Таганке, да еще делать много-много чего. Девочка я была деловитая, активная ,чем приводила в восторг своих бабулек-соседок. Одна из них, жившая этажом выше нас, Римма Яковлевна, старая полная еврейка, с характерной формы носом и буклями, пахнувшая резким ароматом Пиковая Дама и вечно в лаковых разношенных туфлях на отекших ногах в сьехавших хэбэшных чулках, встретив меня в лифте, с восторгом басила: "Саманточка, моя милая, раскрасавица! Ты на субботник приведешь пионэ-э-эров, нам во дворе надо березки посадить!" Саманточкой она звала меня, прочитав пару статей в газетах о девочке Саманте Смит- той самой улыбчивой девочке, которая написала письмо Горбачеву и тот пригласил ее в СССР. На фото у Саманты был повязан пионерской галстук,а ее волосы были затянуты в хвост- пожалуй, это было единственное сходство между мной и "знаменитой посланницей мира"
Вопросы холодной войны меня интересовали гораздо меньше, чем возможность разведения утят в стеклянном террариуме в кабинете учительницы биологии или диллемма- давать или не давать Бутурлину списать английский за то, что он решит мне 5 задачек по математике. Но Римма Яковлевна была другого мнения о моей личности и поэтому настойчиво предлагала мне всевозможные способы проявить мою пионерскую сознательность . Мне не оставалось ничего другого, как старательно кивать головой, соглашаться и вторить ей, как это важно озеленять дворы, собирать металлолом, помогать одиноким людям и бороться за мир.
И вот, как-то, будучи пойманной на уроке английского за написанием очередной записки Юльке, мне было дано задание искупить, так сказать, свою вину, а в качестве наказания, наша учительница избрала самый извращенный вид трудового воспитания- а именно, уборку класса. Юльку, как соучастницу преступления, привлекли мне в подмогу.
- Ну что, за работу?!-бодро спросила я Юльку, когда класс опустел.
- Ладно, давай - пожала плечами она
- Нам это раз плюнуть , класс то маленький!- еще более бодро сказала я
- Да я сто раз мыла полы- заявила она
- А я сто миллионов раз - соврала я в свою очередь. Дело было в том, что ни я, ни Юля до той поры ни разу не держали половую тряпку в руках. Но признаться друг другу в этом никто из нас не хотел.
Сначала мы решили помыть доску. Это было самое простое -намочил тряпку и три себе, пока доска не станет чистой. Мы прочертили кривую полосу, дабы разделить участки поровну, порвали тряпку на две и принялись за дело. Пока поверхность доски оставалась мокрой, было еще ничего, но как только она высыхала- белые меловые разводы портили всю картину. Мы маялись около получаса- все без толку. И тут мой взгляд упал на кусок хозяйственного мыла, лежавшего на батарее около сохнущих тряпок.
-Вот что нам надо! - осенила меня мысль.-Мыло любую грязь отмывает, значит и мел возьмет! У нас будет самый чистый класс!-, заявила я.
С мылом дело пошло веселей. Напоследок мы прошлись по доске сухой губкой и очень остались довольны.Затем мы полили цветы. Неумолимо приближался момент помывки пола. Тут вошла Валентина Ивановна- наша англичанка и выдала нам какой-то грязно-коричневый лохматый лоскут, якобы для пола, и, положив ключ от класса на передную парту, ушла домой.Мы же в растерянности разглядывали невразумительный кусок пыльной мешковине, не решаясь взять его в руки
-Может перчатки какие есть?-,пробормотала Юля - Я видела такие большие резиновые, у тети Зои (Зоя была наша школьная уборщица и, по совместительству, гардеробщица)
И мы пошли искать тетю Зою, ее мы не нашли, но по дороге заскочили в буфет где сьели по булочке и выпили по стакану сладкого чая. Там же мы встретили Бутурлина, которому пожаловались на охватившую нас внезапно сильную усталость и катастрофическую нехватку времени. Угостившись Юлькиной недоеденной булочкой, Бутурлин согласился нам помочь.И мы радостные побежали в класс английского в надежде на скорое окончание наших мук.
-Сначала надо поднять стулья- приказал Бутурлин, уперев руки в боки и расстопырив от важности ноздри, -Ну же, живо! Некогда мне тут с вами! -
Со страшным грохотом мы ставили стулья на парты. Стулья были тяжелые, металлические, все время норовили свалиться обратно, Юлька и я упорно возвращали их на место, мы кряхтели, ойкали и вздыхали. Видимо, наши стоны растопили сердце Бутурлина и он с неохотой стал нам помогать. Когда все стулья были на партах, Бутурлин пошел принести воды, а нам приказал подмести пол. Юля повозила немного щеткой по своему участку ленолеума, я же, чтобы не тратить времени, просто собрала бумажки и пару фантиков со своего ряда. Тут вернулся Бутурлин с полным ведром кипятка и бухнул его около той самой парты, на которую англичанка положила ключ. Стол пошатнулся и ключ сокoльзнул прямехонько в ведро! Ужас! Как достать его мы не знали- кипяток был такой- что рука моментально сварится, а Бутурлин, поняв, что его живым мы не отпустим, быстренько удрал, притворившись, что забыл закрыть кран в туалете.
Как же было достать ключ? И тут мы вспомнили, что недавно ходили с классом на фильм про моряков и там показывали как драют палубу юнги.Это была гениальная мысль. Я, как самая отважная, оттащила ведро в дальний угол класса и выплеснула все его содержимое на пол.
-Растирай! -,крикнула я Юльке, которая была в таком ужасе от водопада, устроенного мной, что инстинктивно схватила жуткую мешковину, именовавшуюся тряпкой и,наступив на нее ногой, начала елозить ей по полу, а я пошла искать вывалившийся ключ. Когда я его обнаружила, я была по колено мокрая, моя подруга тоже промочила ноги и мы ходили и чавкали по полу как по болоту. Мы старательно развезли воду по всему классу, и, когда весь пол блестел, со спокойной душой и очень довольные собой, поставили ведро в угол, взяли свои сумки, выключили свет и заперли за собой дверь.
-А это ведь очень просто и приятно- мыть полы -, сказала Юля когда мы отдавали ключ на вахту,- Мне понравилось!
-Мне тоже!- ответила я...
На утро нас в дверях ожидала классная руководительница.
-Здрассьте -, не успели пробормотать мы, как нас за шкирку потащили в класс. То, что мы увидели- было кошмаром: линолеум вздыбился, подобно Амурским волнам, в углублениях стояла мутная вода, запах в классе был отвратительный- словно в нем сдохла кошка. Самое страшное, как мы узнали позднее, случилось в классе этажем ниже- там промок потолок и отвалилась побелка. Что кричала наша классная, я думаю, неинтересно рассказывать. Интересно другое: после того, как Юлькину и мою мать вызвали в школу, нас определили на каждодневную уборку класса в течение месяца! Во как!
А полы мыть я до сих пор не люблю!